2025 год Указом Президента России Владимира Путина объявлен Годом защитника Отечества и 80-летия Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов.

Великая Отечественная война 1941-1945 годов длилась 1418 дней и ночей. Она изменила ход мировой истории, судьбы людей и всю карту мира. Нашему народу выпала участь противостоять мощному натиску хорошо вооруженного противника — нацистской Германии и ее союзников. В те неимоверно трудные годы весь народ нашей страны встал на защиту Родины. Солдаты Советской Армии не только избавили свою Родину от нацистов, но и обеспечили возможность для выживания и сохранения национальной независимости народам европейских стран, которые были оккупированы гитлеровским режимом. Воины Красной армии сыграли решающую роль в спасении мира. Мы обязаны помнить, что наше настоящее существует благодаря бессмертному подвигу наших дедов и отцов, отстоявших страну от фашистских захватчиков. Важно донести до наших детей и внуков, что патриотизм — это не только слова, но и действия, которые мы можем предпринять для поддержки наших героев! 

В преддверии 9 МАЯ — Дня Победы в Великой Отечественной войне — мы открываем рубрику «80-летие Великой Победы», где будем публиковать материалы о событиях тех лет и героях, которые стояли не на жизнь, а на смерть за мир и свободу на нашей земле.

Сегодня мы предлагаем вниманию наших читателей статью Галины Николаевны Овчинниковой «Они уходили последними». 

Они уходили последними 

Завершение обороны Ак-Мечети глазами очевидцев 

Трудно переоценить значимость свидетельств участников исторических событий для сохранения памяти о прошлом. Особенно, если со времени этих событий прошло более 80 лет. Именно на таких достоверных воспоминаниях основана данная публикация. Их сохранила и записала для потомков Елизавета Стефановна Барятинская, по мужу — Морозова, назвав «Повесть о моей жизни». Особую значимость она придавала военному времени. «События тех далёких дней, участником которых мне пришлось быть, заставили меня вспомнить и написать повесть о моей жизни, связанной с Великой Отечественной войной, которую нельзя забыть». Итак, давайте мысленно перенесёмся в тревожные дни 1941 года, когда враг уже подошёл к территории Крымского полуострова. Вета Барятинская (так её называли родные и друзья) к этому времени закончила 9 классов Ак-Мечетской школы и работала техником на местной метеостанции. Сохранилась школьная фотография учащихся, как тогда говорили, «Краснознамённого» 9 класса. Это почётное наименование присваивалось лучшему классу, ученики которого получали право сфотографироваться на фоне Красного знамени. Вместе со школьниками в первом ряду сидит директор школы Нарвыш Людвиг Иосифович. В период оккупации он воевал в Ак-Мечетском партизанском отряде и пропал без вести. Во втором ряду в центре стоит красивая девочка. Это и есть автор воспоминаний Елизавета Барятинская. Вглядитесь в серьёзные лица ребят. Они рано повзрослеют, пройдут через войну, оккупацию. Некоторые из них будут угнаны на работу в Германию, другие не дождутся братьев и отцов, погибших на фронтах Великой Отечественной войны. 

Наш посёлок Черноморское (ранее Ак-Мечеть) в период обороны Крыма превратился в военно-морскую базу тактического назначения. В порту базировались торпедные катера, периодически уходившие на боевые задания к Одессе, Тендровской косе, а единственный в составе Черноморского флота катер дальнего действия Д-3 — к устью Дуная для расстановки мин. Противовоздушную оборону Северо-Западного Крыма, Ак-Мечети и Евпатории осуществляли самолёты Кунанского аэродрома, участвовавшие также в воздушном прикрытии 51-й армии во время её эвакуации из Одессы. На окраине посёлка размещалась 28-я бронебойная батарея, входившая в состав Каркинитского оборонительного района — главной базы Черноморского флота. Прикрытие военных объектов осуществлял 25-й зенитно-артиллерийский дивизион ПВО. Елизавета Стефановна вспоминала, что ещё в начале июня 1941 года в Ак-Мечеть из Севастополя прибыла «береговая морская часть» для защиты посёлка с моря. Согласно документам Российского государственного Архива Военно-Морского Флота, эта часть называлась «Охрана рейда Главной базы ЧФ» (ОХР). По данным Н.И. Левкова — 1-й дивизион охраны водного района бригады траления и заграждения Главной базы Черноморского Флота в составе сторожевых и пограничных катеров. Этим военным формированием командовал старший лейтенант Морозов Никифор Павлович. Его заместителем был назначен политрук Воробьёв Александр Петрович. Елизавета Стефановна писала, что прибыв к месту службы, они обратились за содействием к её отцу — Барятинскому Стефану Фёдоровичу, работавшему, по её словам, «надзирателем Ак-Мечетского порта» (фактически — начальником портопункта). В ходе общения было решено, что офицеры остановятся в свободной комнате большого дома, где находились контора порта, метеостанция, квартира Барятинских. Вета вскоре подружилась с офицерами. А они всячески опекали её семью в тяжёлое военное лихолетье. Молодость, как говорится, брала своё. По вечерам, зачастую, включали патефон, слушали пластинки, привезённые Н.П. Морозовым с прежнего места службы. Политрук А.П. Воробьёв неплохо играл на балалайке. Иногда к молодым людям со своей скрипкой присоединялась Анна Павловна — мама Веты. Комнату офицеров образно называли «кают-компанией». В ней неоднократно бывал и командующий 28-й батареей, затем — Каркинитским сектором береговой обороны полковник Просянов Ефим Тимофеевич. С последнего места службы он пригнал трофейный Мерседес и передал воинской части моряков, охранявшей рейд. Елизавета Стефановна запомнила, что перед отступлением из Ак-Мечети Н.П. Морозов сбросил этот автомобиль в море, чтобы он не достался фашистам. Ко времени эвакуации родные Елизаветы Стефановны посёлок покинули. С.Ф. Барятинский был призван в состав истребительного батальона, сформированного из жителей посёлка для борьбы с возможными диверсантами. Анна Павловна уехала с младшими детьми — братом и сестрой Веты подальше от постоянных бомбёжек в отдалённое село Чеголтай Татарский (ныне Северное). А ведь они так любили Ак-Мечеть и не хотели его покидать. Елизавета Стефановна вспоминала, как счастливо её семья здесь жила до войны. Удобный дом, дворик с небольшим садиком, старой шелковицей, акациями и колодцем. Рядом красивое море, причал, за посёлком — бесконечная Тарханкутская степь. Однако, по мере приближения фронта к Крымскому полуострову, участились налёты фашистских самолётов. Они подлетали со стороны солнца, порой не заметные для глаз, но хорошо ощущаемые по зловещему шуму моторов. Навстречу вылетали наши «ишачки» — истребители И-153 с Кунанского аэродрома, звучали залпы зенитных орудий, корабельных пушек и пулемётов. Однажды под обстрел, возвращаясь с метеоплощадки, попала и Вета. Осколок оторвал каблук её туфель, сама девушка, к счастью, не пострадала. Этот случай заставил её быть осторожней и осмотрительней. А фрагмент снаряда остался на память в качестве пепельницы в «кают-компании». Но далеко не всё заканчивалось благополучно. Елизавета Стефановна подробно описывает, как во время налёта фашистских самолётов погибли  или получили ранения моряки сторожевых катеров, в которые попали снаряды. «Помню вой сирен, два катера-охотника, бешено мчавшиеся, выбросились на берег. Это они сиреной взывали о помощи. К катеру бежали люди. От порта по песчаным буграм мчалась машина скорой помощи. За машиной бежали Морозов, матросы его части и я. Оказалось, немецкая бомба попала по правому борту катера. Весь правый борт катера был окровавлен, как затянут красной тканью. На палубе стонали матросы. Лужи крови, обломки искорёженного металла борта, всё смешалось в кучу. Как сейчас вижу молодого чернобрового матроса, обхватившего руками живот, прижимая бескозыркой, из-под которой по пальцам стекала кровь. С каждой секундой лицо его бледнело, он медленно оседал. К нему подбежали с носилками, пока его уложили, внутренности вывалились. Я не могла всё это видеть...». Позже девушка узнала, что, когда матроса выносили, он просил его застрелить. Раненых с 2-х катеров отвезли в лазарет, который размещался там, где сейчас музей, кафе и станция скорой помощи. 10 человек убитых похоронили с воинскими почестями в скверике около храма, в котором в то время находился Дом культуры. Здесь же ранее был похоронен полковник Просянов Е.Т., трагически погибший на Перекопе. Ныне это особо значимое для жителей пгт Черноморское место — сквер Героев. Здесь находятся захоронения участников Великой Отечественной войны, а также убитых фашистами мирных жителей. В октябре воздушная тревога звучать стала чаще. Акмечетцев обязали во дворах оборудовать щели, в подвалах — убежища. Комсомольцев отправляли дежурить в степь за селом с предписанием внимательно следить за небом: не осветят ли его сигнальные ракеты. Ведь фронт подошёл очень близко, и в любое время могли появиться немецкая разведка или диверсанты. Вокруг Ак-Мечети завершилось строительство оборонительных укреплений. Выкопали рвы, окопы, оборудовали бомбоубежища, на побережье установили орудия, зенитки. Эта работа была выполнена при активном участии местного населения и военных. По завершении строительства оборонительных укреплений в Доме культуры состоялись митинг и концерт.  

Между тем, приближалось время эвакуации военных формирований в Севастополь. Постепенно туда уезжали машины с имуществом воинских частей. Заканчивалось формирование Ак-Мечетского партизанского отряда. В это непредсказуемое и очень тревожное время Вета и Никифор Павлович Морозов решили пожениться. Невеста сшила платье из немецкого парашютного шёлка. Оно очень шло стройной девушке, многочисленные клинья на юбке красиво облегали фигуру. Единственным украшением был скромный букетик герани, подаренный доктором Кусовым. Наверное, все цветы оборвал у хозяйки квартиры, которую он снимал. Веселились, радовались счастью молодых. И в то же время понимали, что впереди много сложностей и проблем. Постепенно налётов фашистской авиации становилось всё больше и больше. К радости местных жителей, некоторые самолёты удавалось сбить. Однажды двое лётчиков Люфтваффе оказались в плену у советских военнослужащих. Их вели по улице хмурых, обожжённых, у одного буквально кожа висела клочьями. Но жалко этих фашистов никому не было. По версии Елизаветы Стефановны, их вскоре за посёлком расстреляли. По другим сведениям, отправили для допросов в Севастополь. В последних числах октября как-то всё успокоилось. Установилась непривычная для акмечетцев тишина. Но враг уже был за Перекопом и вот-вот мог появиться в селе. Их продвижение пока ещё сдерживали части Красной Армии, а на подступах к Ак-Мечети — краснофлотцы 28-й береговой батареи. Но отсчёт уже шёл буквально по часам. Самолёты с Кунанского аэродрома перелетели на мыс Херсонес, в Севастополь ушли торпедные и сторожевые катера. Готовились к взрыву 27-я и 28-я береговые батареи. На военных судах, направленных из Севастополя, проходила эвакуация воинских частей и членов семей военнослужащих. Елизавета Стефановна, теперь уже жена старшего лейтенанта Н.С. Морозова, политрук А.П. Воробьёв, другие военные покинули Ак-Мечеть, скорее всего, 30 октября, хотя в рукописях встречается ещё одна дата — 1 ноября. Она пишет, что уходили на Константиновскую батарею Севастополя на эсминце «Бодрый». На корабль, стоящий у входа в бухту, добирались на катере. Вету провожал её муж Н.П. Морозов. Ему предстояло ещё на некоторое время задержаться в Ак-Мечети. Необходимо было встретить катер с ранеными, для оказания помощи которым на берегу остался и доктор Кусов. В оперативную группу по выполнению специального задания командования наряду с офицерами входили 5 матросов из состава Береговой охраны рейда. Им предстояло взорвать оставшиеся военные объекты и продовольственные склады. Местные жители вспоминали, что находившиеся в них запасы зерна было предложено разобрать по домам. Всё, что после этого осталось, подожгли, чтобы продовольствие не досталось оккупантам. 

Прошло несколько дней, прежде чем Елизавета Стефановна встретилась со своим мужем в Севастополе. Это были дни тревог и ожиданий. Но начальник ОХРа старший лейтенант Н.П. Морозов, выполнив задания командования, последним из военных покинул Ак-Мечеть и благополучно добрался до Севастополя. Затем последовали долгие дни и месяцы войны уже за пределами Крымского полуострова. Никифор Павлович продолжил службу на Кавказе, затем — на Северном флоте, командовал ОХРом его Главной базы, руководил боевым тралением противолодочных заграждений в Кольском заливе, обеспечивая выход эскадры в море. За свою героическую службу награждён орденами и медалями. И всюду его сопровождала Вета — любимая жена и верная соратница на непростых фронтовых дорогах. Девушка, с которой он познакомился и связал свою судьбу в Ак-Мечети в грозном 1941 году.